Исполнительский состав
Для высокого голоса (№ 1, 2, 3, 5), среднего голоса (№ 6) или баритона (№ 4) с сопровождением фортепиано.
Части и продолжительность
- Не верь, мой друг
Moderato assai (до-диез минор, 63 такта). - Ни слова, о друг мой
Andante ma non troppo (ми минор, 41 такт). - И больно, и сладко
Allegro vivo (ля мажор, 81 такт). - Слеза дрожит
Moderato assai (соль-бемоль мажор, 80 тактов). - Отчего?
Moderato (ре мажор, 41 такт). - Нет, только тот, кто знал
Andante non tanto (ре-бемоль мажор, 54 такта).
Тексты
1. Алексей Толстой (1817–1875), стихотворение без названия (1856):
2. Алексей Плещеев (1825–1893), стихотворение «Молчание» (1861) — перевод немецкого стихотворения Schweigen Морица Гартмана (1821–1872):
3. Евдокия Ростопчина (1812–1858), стихотворение «Слова для музыки» (1854):
4. Алексей Толстой, стихотворение без названия (1858):
5. Лев Мей (1822–1862), одноимённое стихотворение (1858) — перевод немецкого стихотворения Warum sind denn die Rosen so blaß? (1822) Генриха Гейне (1797–1856):
6. Лев Мей, стихотворение «Песнь Арфиста» (1857) — перевод немецкого стихотворения Nur wer die Sehnsucht kennt из 4-й книги романа Wilhelm Meisters Lehrjahre (1795) Иоганна Вольфганга Гёте (1748–1832);
Тексты романсов «И больно, и сладко» (№ 3) и «Слеза дрожит» (№ 4) Чайковский сократил, а в романсах «Не верь, мой друг» (№ 1), «И больно, и сладко» (№ 3), «Слеза дрожит» (№ 4) и «Отчего?» (№ 5) внёс в тексты некоторые изменения.
История создания
До середины — конца ноября 1869 года Чайковский был занят, помимо прочего, сочинением увертюры «Ромео и Джульетта». 15/27 ноября он писал Александре Давыдовой: «Я был ужасно занят; торопился кончить свою новую увертюру... кроме того, у меня довольно много других работ; вследствие этого нервы мои сильно натянуты, и я намерен некоторое время отдохнуть, то есть ничего не делать, кроме классов» [1].
18/30 ноября 1869 года в письме к Модесту Чайковскому он выражал огорчение задержкой постановки своей оперы «Ундина» и писал: «Как только пройдёт моё отвращение к музыке, начну писать романсы, чтобы заработать немного денег» [2]. Однако на следующей неделе он шутил в письме к Ивану Клименко: «...не ворвись милейшая Доримедонтова, словно злой дух, исполняющий проклятие, одна шестая (моих шести романсов) была бы готова» [3].
В начале — середине декабря композитор писал: «Безделье моё (о котором я писал Вам в прошлом письме [4]) продолжалось недолго, и на прошлой неделе я написал шесть романсов, которые будут напечатаны» [5].
Несколько лет спустя Чайковский упоминал в письмах № 6 и 3 из этого опуса: «Вы знаете, что из всех моих романсов популярны только два: „Нет, только тот, кто знал“ и „И больно, и сладко“ [6]».
Исполнения
«И больно, и сладко» (№ 3) исполнила Александра Александрова-Кочетова в Москве 14/26 марта 1870 года в десятом симфоническом собрании Русского музыкального общества.
«Отчего?» (№ 5) исполнила Вильгельмина Рааб 3/15 января 1881 года в 7-м симфоническом собрании РМО в Петербурге.
«Нет, только тот, кто знал» (№ 6), по-видимому, впервые исполнила Елизавета Лавровская 26 марта/7 апреля 1870 года в Москве. Среди других ранних исполнений:
- Мейнинген, 2-й абонементный концерт, 8/20 февраля 1881 года, г-жа Шауэнберг
Один неустановленный романс из этого цикла исполнила Дезире Арто-Падилья 4/16 марта 1880 года в 11-м абонементном концерте в Бреслау.
Издание
Впервые романсы были изданы Петром Юргенсоном в марте 1870 года [7]. Впоследствии эти романсы, как и другие, многократно переиздавались в оригинальных тональностях, в транспонировках и переложениях (1873, 1876, 1884 и т. д.). В конце 1890 года Юргенсон выпустил их в собрании романсов, просмотренном автором [8].
При этом переиздании Чайковский поставил условием, чтобы все романсы «были в оригинальных тональностях. Транспонировки тоже можно издать, но корректуры нужно тщательно просмотреть... и сверить с моими текстами оригинальных романсов. Многие из этих романсов нужно не только исправить, но и изменить. Я хочу, чтобы новое издание было вполне безупречным» [9].
В 1940 году Шесть романсов вошли в том 44 Полного собрания сочинений Чайковского под редакцией Ивана Шишова и Николая Шеманина.
Переложения
В 1886 году Раиса Буланже просила Чайковского прислать ей оркестрованную версию романса «Я ли в поле да не травушка была» (№ 7 из Семи романсов, соч. 47), а также оркестровать для неё романс «И больно, и сладко» (соч. 6, № 3). Очевидно, она собиралась исполнять эти романсы публично. 1/13 декабря 1886 года Чайковский ответил г-же Буланже, обещая исполнить обе её просьбы [10].
Рукопись с оркестровкой романса «И больно, и сладко» хранится в личном архиве дочери Раисы Буланже Нади в Национальной библиотеке в Париже [11]. В письме от 1/13 декабря 1886 года Чайковский писал, что начал оркестровку и вскоре её вышлет [12]. Поскольку рукопись в Национальной библиотеке — беловая копия, сделанная неустановленной рукой, остаётся сомнительным, был ли автором этого переложения сам композитор или он поручил работу ученику или коллеге; но так как адрес на последней странице партитуры написан рукой Чайковского, он по меньшей мере участвовал в её пересылке Буланже [13]. Состав оркестра (2 кларнета, 2 фагота, 2 валторны и струнные) ещё скромнее, чем в других сохранившихся оркестровках романсов Чайковского, хотя стилистически сходен с ними [14]. Возможно, композитор учёл замечание г-жи Буланже о камерном оркестре, которым она могла располагать в музыкальном обществе La Trompette [15]. В программах La Trompette значится исполнение романсов Il est doux, il est bon («en russe») и N'étais je pas l'herbe dans la prairie 12 марта 1887 года (н. ст.) с участием «Madame Mychetskij-Boulanger» [16].
Романс «Ни слова, о друг мой» (№ 2) оркестровал Сергей Танеев (для низкого голоса с оркестром); оркестровка впервые издана Музгизом в Москве в 1957 году.
Автографы
Рукописи всех шести романсов хранятся во Всероссийском музейном объединении музыкальной культуры имени М. И. Глинки в Москве.
Посвящения
Каждый из романсов соч. 6 имеет своё посвящение: «Не верь, мой друг» (№ 1) — Александре Меньшиковой; «Ни слова, о друг мой» (№ 2) — Николаю Кашкину; «И больно, и сладко» (№ 3) — Александре Александровой-Кочетовой; «Слеза дрожит» (№ 4) — Петру Юргенсону; «Отчего?» (№ 5) — Ивану Клименко; «Нет, только тот, кто знал» (№ 6) — Анне Хвостовой.